Галина Хованская: «Кризис доступности жилья не помеха!» |
|
В условиях кризиса и экономии государственных средств, казалось бы, очередникам и льготникам рассчитывать особо не на что. А тут еще очередное повышение тарифов ЖКХ. О том, как можно было преодолеть все эти проблемы и даже в условиях скромного финансирования помочь малоимущим, «Собственник» спросил у депутата Государственной Думы Галины Хованской.
– Галина Петровна, похоже, теперь не с такой быстротой, как задумывалось, будет воплощаться в жизнь национальный проект «Доступное жилье – гражданам России». Ведь его основа была рассчитана на возможность воспользоваться ипотекой. А сегодня, как показало время, получить кредит большинству граждан просто нереально…
– В России есть выражение: о покойнике либо хорошо, либо ничего. Многие банки прекратили выдачу ипотечных кредитов. А это говорит о том, что национальный проект нуждается в существенной корректировке, да и сама жилищная политика требует совершенно других подходов. Мне кажется, что в ближайшие 2-3 года этот инструмент не будет востребован.
– Выходит, у человека отобрали последнюю надежду…
– Не совсем так. С получением жилья теперь и должно помочь государство. Правда, это не так просто: государство ведь тоже не дойная корова.
– Тогда давайте по порядку…
– В период принятия нового Жилищного кодекса количество очередников, поставленных на учет по старым правилам, достигло почти 4,5 млн семей. Это только официальная цифра. Нуждающихся – куда больше. Так вот, после принятия нового Жилищного кодекса, а также ряда других федеральных законов очередников разделили на две группы. Треть семей должна обеспечиваться федеральной властью, остальные две трети – местной. А большинство регионов – дотационные. Обеспечить очередников квартирами они и в лучшие годы-то не могли. Средств в местных бюджетах хватает только на то, чтобы выплатить зарплаты муниципальным служащим, врачам, учителям. Я еще до принятия Жилищного кодекса говорила, что без новой налоговой политики, без федеральной помощи местным властям никогда не справиться с этими обязательствами.
– Ну ладно, если местной власти не по зубам, так, наверное, «федералы» смогут выполнять свои обязательства?
– Могут, но делают это некорректно. Начнем с того, что чиновники представляли высшему руководству страны необъективную информацию о стоимости квадратного метра в регионах. А ведь в соответствии с законом расчет субсидий для льготников (чернобыльцев, инвалидов и др.) должен был осуществляться по средней рыночной стоимости в каждом регионе. На основании этих данных Министерство регионального развития ежегодно и должно было устанавливать стоимость квадратного метра. А когда дело доходило до приобретения квартиры, то оказывалось, что на выделенные деньги жилье приобрести в этом регионе нельзя. Граждане, помыкавшись с таким сертификатом или субсидией, осознавали, что их обманули. Но самое печальное, что даже этих дешевых сертификатов не хватает. Жизнь коротка, и многим получить такой сертификат или субсидию будет просто нереально.
– Скорее всего, было упущено время. Ведь недавно, когда строительство процветало за счет вливания нефтедолларов, можно было многое сделать.
– С принятием Жилищного кодекса количество федеральных очередников будет постоянно сокращаться. Например, была у нас категория тяжелейших больных, перечень которых в 2006 году был резко сокращен. Из него «вылетели» больные диабетом, астмой, сердечно-сосудистыми заболеваниями и др. Кроме того, больные люди уходят в мир иной гораздо быстрее, чем получают жилье.
– Но остались обязательства перед многодетными семьями, одинокими матерями, реабилитированными гражданами.
– Они переведены на местный уровень. А нечеткие формулировки в законодательстве позволяют чиновнику и многодетную мать, и реабилитированного старика поставить в общую очередь.
– Эти беззакония воспринимаются людьми как несправедливость. Вы видите из этого тупика выход?
– Нужно провести поправки в Жилищный кодекс. Этот документ готов, его осталось принять во втором чтении. Но он более двух лет пролежал без движения.
– А какие поправки?
– Например, надо ввести такое понятие, как «жилищный фонд некоммерческого использования».
– Так социальное жилье тоже некоммерческое. В чем разница-то?
– Разница есть. В существующем кодексе есть жилищный фонд социальный и жилищный фонд коммерческий. Последний может находиться как в частной, так и в государственной собственности. Например, доходные дома относятся к коммерческому фонду. А между «социалкой» и «коммерцией» – огромная дыра. Чтобы получить право на социальное жилье, гражданам должно не хватать квадратных метров, и при этом им нужно быть еще и малоимущими. А у нас в стране 60-70% граждан, нуждающихся в жилье, не могут относиться к беднякам. Хотя балансируют на грани. Ну на тысячу-другую они получают больше, чем требуется, чтобы стать очередником. А значит жилье, даже с помощью ипотеки, им никогда не приобрести. По тем же причинам отпадает и наем квартиры на рынке жилья. А вот если бы власть предоставила им некоммерческое жилье – проблема бы была решена. Дело в том, что некоммерческое жилье не создается для извлечения прибыли. Выходит, что местная власть решает социальную проблему, но при этом прибыли в бюджет не поступает.
– Извините, Галина Петровна, а оно ему надо?
– Повторяю, прибыли не получает, но и не тратит бюджетных средств на капитальный ремонт домов. Вот в чем одно из различий между социальным жильем и некоммерческим. Социалка целиком на плечах местной власти. Она его субсидирует, ремонтирует, словом, заботится по полной программе. Причем предоставляет в бессрочное пользование. В некоммерческом ничего этого нет. Пожил, захотел переехать – передай обратно муниципалитету. Жилье предоставляется по срочному договору и о переходе его в собственность проживающих речь не идет.
– Имеются, наверное, и какие-то другие преимущества?
– Конечно. Мы сейчас в кризисной ситуации, и в поисках работы крайне актуальным становится вопрос перемещения трудовых ресурсов по стране. Так вот, при социальном жилье человек привязан к своей квартире и редко когда решится оставить ее. А представьте, что некоммерческое жилье введено на всей территории РФ. Тогда и человек мог бы перемещаться свободно. Есть работа в другом городе, и ему там предоставляется некоммерческое жилье. Словом, потребность в таком фонде есть, но закона о нем нет.
– Кто же отважится строить такое невыгодное жилье? Застройщика отпугнет уже само название «некоммерческое».
– Без помощи государства никак. Для этого нужно использовать государственный заказ. Именно сегодня, в кризис. Упали цены на жилье, на стройматериалы, на рабочую силу. Никак нельзя упускать такой момент. А в дальнейшем давать налоговые льготы.
– И когда же такое жилье окупится?
– Ну, конечно, не быстро. Лет за 20-25, причем, за счет довольно умеренной платы за наем (в сравнении с коммерческим жильем). И все равно строить его государству выгодно.
– Галина Петровна, похоже, теперь не с такой быстротой, как задумывалось, будет воплощаться в жизнь национальный проект «Доступное жилье – гражданам России». Ведь его основа была рассчитана на возможность воспользоваться ипотекой. А сегодня, как показало время, получить кредит большинству граждан просто нереально…
– В России есть выражение: о покойнике либо хорошо, либо ничего. Многие банки прекратили выдачу ипотечных кредитов. А это говорит о том, что национальный проект нуждается в существенной корректировке, да и сама жилищная политика требует совершенно других подходов. Мне кажется, что в ближайшие 2-3 года этот инструмент не будет востребован.
– Выходит, у человека отобрали последнюю надежду…
– Не совсем так. С получением жилья теперь и должно помочь государство. Правда, это не так просто: государство ведь тоже не дойная корова.
– Тогда давайте по порядку…
– В период принятия нового Жилищного кодекса количество очередников, поставленных на учет по старым правилам, достигло почти 4,5 млн семей. Это только официальная цифра. Нуждающихся – куда больше. Так вот, после принятия нового Жилищного кодекса, а также ряда других федеральных законов очередников разделили на две группы. Треть семей должна обеспечиваться федеральной властью, остальные две трети – местной. А большинство регионов – дотационные. Обеспечить очередников квартирами они и в лучшие годы-то не могли. Средств в местных бюджетах хватает только на то, чтобы выплатить зарплаты муниципальным служащим, врачам, учителям. Я еще до принятия Жилищного кодекса говорила, что без новой налоговой политики, без федеральной помощи местным властям никогда не справиться с этими обязательствами.
– Ну ладно, если местной власти не по зубам, так, наверное, «федералы» смогут выполнять свои обязательства?
– Могут, но делают это некорректно. Начнем с того, что чиновники представляли высшему руководству страны необъективную информацию о стоимости квадратного метра в регионах. А ведь в соответствии с законом расчет субсидий для льготников (чернобыльцев, инвалидов и др.) должен был осуществляться по средней рыночной стоимости в каждом регионе. На основании этих данных Министерство регионального развития ежегодно и должно было устанавливать стоимость квадратного метра. А когда дело доходило до приобретения квартиры, то оказывалось, что на выделенные деньги жилье приобрести в этом регионе нельзя. Граждане, помыкавшись с таким сертификатом или субсидией, осознавали, что их обманули. Но самое печальное, что даже этих дешевых сертификатов не хватает. Жизнь коротка, и многим получить такой сертификат или субсидию будет просто нереально.
– Скорее всего, было упущено время. Ведь недавно, когда строительство процветало за счет вливания нефтедолларов, можно было многое сделать.
– С принятием Жилищного кодекса количество федеральных очередников будет постоянно сокращаться. Например, была у нас категория тяжелейших больных, перечень которых в 2006 году был резко сокращен. Из него «вылетели» больные диабетом, астмой, сердечно-сосудистыми заболеваниями и др. Кроме того, больные люди уходят в мир иной гораздо быстрее, чем получают жилье.
– Но остались обязательства перед многодетными семьями, одинокими матерями, реабилитированными гражданами.
– Они переведены на местный уровень. А нечеткие формулировки в законодательстве позволяют чиновнику и многодетную мать, и реабилитированного старика поставить в общую очередь.
– Эти беззакония воспринимаются людьми как несправедливость. Вы видите из этого тупика выход?
– Нужно провести поправки в Жилищный кодекс. Этот документ готов, его осталось принять во втором чтении. Но он более двух лет пролежал без движения.
– А какие поправки?
– Например, надо ввести такое понятие, как «жилищный фонд некоммерческого использования».
– Так социальное жилье тоже некоммерческое. В чем разница-то?
– Разница есть. В существующем кодексе есть жилищный фонд социальный и жилищный фонд коммерческий. Последний может находиться как в частной, так и в государственной собственности. Например, доходные дома относятся к коммерческому фонду. А между «социалкой» и «коммерцией» – огромная дыра. Чтобы получить право на социальное жилье, гражданам должно не хватать квадратных метров, и при этом им нужно быть еще и малоимущими. А у нас в стране 60-70% граждан, нуждающихся в жилье, не могут относиться к беднякам. Хотя балансируют на грани. Ну на тысячу-другую они получают больше, чем требуется, чтобы стать очередником. А значит жилье, даже с помощью ипотеки, им никогда не приобрести. По тем же причинам отпадает и наем квартиры на рынке жилья. А вот если бы власть предоставила им некоммерческое жилье – проблема бы была решена. Дело в том, что некоммерческое жилье не создается для извлечения прибыли. Выходит, что местная власть решает социальную проблему, но при этом прибыли в бюджет не поступает.
– Извините, Галина Петровна, а оно ему надо?
– Повторяю, прибыли не получает, но и не тратит бюджетных средств на капитальный ремонт домов. Вот в чем одно из различий между социальным жильем и некоммерческим. Социалка целиком на плечах местной власти. Она его субсидирует, ремонтирует, словом, заботится по полной программе. Причем предоставляет в бессрочное пользование. В некоммерческом ничего этого нет. Пожил, захотел переехать – передай обратно муниципалитету. Жилье предоставляется по срочному договору и о переходе его в собственность проживающих речь не идет.
– Имеются, наверное, и какие-то другие преимущества?
– Конечно. Мы сейчас в кризисной ситуации, и в поисках работы крайне актуальным становится вопрос перемещения трудовых ресурсов по стране. Так вот, при социальном жилье человек привязан к своей квартире и редко когда решится оставить ее. А представьте, что некоммерческое жилье введено на всей территории РФ. Тогда и человек мог бы перемещаться свободно. Есть работа в другом городе, и ему там предоставляется некоммерческое жилье. Словом, потребность в таком фонде есть, но закона о нем нет.
– Кто же отважится строить такое невыгодное жилье? Застройщика отпугнет уже само название «некоммерческое».
– Без помощи государства никак. Для этого нужно использовать государственный заказ. Именно сегодня, в кризис. Упали цены на жилье, на стройматериалы, на рабочую силу. Никак нельзя упускать такой момент. А в дальнейшем давать налоговые льготы.
– И когда же такое жилье окупится?
– Ну, конечно, не быстро. Лет за 20-25, причем, за счет довольно умеренной платы за наем (в сравнении с коммерческим жильем). И все равно строить его государству выгодно.
